Шасси, крылья, хвост - вот мои документы!
Товарищи, меня редко цепляют современные стихи, но это прошибло буквально до сердца. Привожу целиком. Под ссылкой - оно же в ЖЖ его автора.
В лагерях не сгноили. На войне не убили. Сам от старости умер, хоть здоров был, как лось. За столом поминальным поначалу скорбили. А потом пригубили. А потом началось.
- ...помню, яр был покойный! И кромсал всех в капусту, - рубит воздух ладонью дед, хлебнувший винца. – Был отброшен Юденич, стало в Видлице пусто. Он за правое дело не жалел и отца.
- Это точно, - заметил мужичок помоложе. Коренастый и крепкий, но без левой руки. – Братец – та еще сука! Он без правды не может. Он за зёрен пригоршню сдал меня в Соловки.
- Как с врагами иначе? – возмущается третий. Три звезды на погонах, ордена на груди. – Вшей кормил с ним под Оршей. Мы разуты-раздеты. Но в атаке на фрицев он всегда впереди.
- А потом победитель лес валил на Сиблаге, - громко хмыкнул четвертый. – Вот такая херня. Иногда свою пайку отдавал доходяге, оставаясь голодным... В общем, спас он меня.
Пятый скромно промолвил:
- Я не знаю, о чем вы. Лес, баланда, окопы – вот же, блин, чудеса! Лучший в вузе профессор. Настоящий ученый. Мой любимый учитель. Был мне вместо отца.
Внука юный приятель мне шепнул по секрету:
- Мерзкий был старикашка. До печенок достал. Все бурчал. Поучал нас. Отбирал сигареты...
Только внук на диване молча слезы глотал.
Я не лез в разговоры. Я там был посторонним. Ненароком зашедшим...
Кто же мог тогда знать, что, спустя лет пятнадцать, мы страну похороним. Повздыхаем немного. И начнем поминать.
grifon.livejournal.com/203761.html?view=3369201...
В лагерях не сгноили. На войне не убили. Сам от старости умер, хоть здоров был, как лось. За столом поминальным поначалу скорбили. А потом пригубили. А потом началось.
- ...помню, яр был покойный! И кромсал всех в капусту, - рубит воздух ладонью дед, хлебнувший винца. – Был отброшен Юденич, стало в Видлице пусто. Он за правое дело не жалел и отца.
- Это точно, - заметил мужичок помоложе. Коренастый и крепкий, но без левой руки. – Братец – та еще сука! Он без правды не может. Он за зёрен пригоршню сдал меня в Соловки.
- Как с врагами иначе? – возмущается третий. Три звезды на погонах, ордена на груди. – Вшей кормил с ним под Оршей. Мы разуты-раздеты. Но в атаке на фрицев он всегда впереди.
- А потом победитель лес валил на Сиблаге, - громко хмыкнул четвертый. – Вот такая херня. Иногда свою пайку отдавал доходяге, оставаясь голодным... В общем, спас он меня.
Пятый скромно промолвил:
- Я не знаю, о чем вы. Лес, баланда, окопы – вот же, блин, чудеса! Лучший в вузе профессор. Настоящий ученый. Мой любимый учитель. Был мне вместо отца.
Внука юный приятель мне шепнул по секрету:
- Мерзкий был старикашка. До печенок достал. Все бурчал. Поучал нас. Отбирал сигареты...
Только внук на диване молча слезы глотал.
Я не лез в разговоры. Я там был посторонним. Ненароком зашедшим...
Кто же мог тогда знать, что, спустя лет пятнадцать, мы страну похороним. Повздыхаем немного. И начнем поминать.
grifon.livejournal.com/203761.html?view=3369201...
Автору надо вовремя соскочить )))